3c5d5498 Сайт вакансий - свежие вакансии от работодателей объявления работа Смоленск .

Ефремов Иван - Не Опускать Крылья



ИВАН ЕФРЕМОВ
НЕ ОПУСКАТЬ КРЫЛЬЯ
Редакция "Строительной газеты" ознакомила меня с письмами строителей,
которые работают и учатся в вечерних и заочных учебных заведениях. Среди них
есть письма людей, по тем или иным причинам бросивших учение. И я оглянулся
назад, на годы первого десятилетия Советской страны.
Может быть, для читателей газеты будет интересно узнать про мой путь в
науку.
В годы гражданской войны я жил на Украине и остался без родителей в
возрасте двенадцати лет. Меня приютила автомобильная часть Красной Армии. Я
пробыл в ней до демобилизации и расформирования в конце 1921 года, после чего
поехал в Ленинград (тогда еще - Петроград) с твердым намерением учиться.
Мальчишке, хоть и не по годам рослому и развитому, но порядком заморенному
постоянным недоеданием, мне пришлось сначала туго. Много было просто
беспризорных, не говоря уже о безработных, неквалифицированных, как и я,
чернорабочих. Единственно, с чем не было никакой трудности, - это с
квартирами: бывшая столица Российской империи после голодной войны и блокады
империалистов наполовину, если не на три четверти, пустовала.
Для поступления на рабфак и получения стипендии я не имел рабочего стажа
на постоянной работе. Не подходил я и по возрасту, а вечерних школ тогда не
было. Пришлось поступать в обычную среднюю школу, изо всех сил наверстывать
упущенное за годы гражданской войны, кончая по два класса в год (экстерната
тогда не было). Если бы не помощь бескорыстных учителей, бесплатно помогавших
мне в занятиях, и если бы не помощь общественных организаций, ведавших
питанием ребят, мне бы никогда не справиться и не окончить школы за два с
половиной года.
Но как бы ни были трудны занятия, надо было еще и жить. Лето, часть весны
и осени, вообще всякое свободное время проходило в погоне за заработком. Мы
были воспитаны в старинных правилах. Мало-мальски подросшие дети не могли быть
в тягость родителям или родственникам. Поэтому обратиться за помощью к
родственникам, что сейчас так легко делают иные молодые люди, в те времена
казалось просто невозможным, и я должен был обеспечивать сам себя.
Я начал с разгрузки дров из вагонов на товарных станциях Петрограда. В
одиночку удобнее всего выгружать "швырок" - короткие поленья по пол-аршина в
длину. "Шестерку" (110 см) один далеко не отбросишь: завалишь колеса вагона и
придется ее перебрасывать дважды. За разгрузку из вагона в 16 - 20 тонн
"швырковых" дров платили три рубля. Если втянуться в работу, то за вечер можно
было заработать шесть рублей - примерно треть месячной студенческой стипендии.
Но после такой работы домой приходил далеко за полночь, в беспокойном сне
виделись бесконечные дрова, а на следующий день почти ни на что не был годен.
Кроме того, такая работа требовала усиленного питания, поэтому надо было жить
и питаться не как студенту, а как грузчику, расходуя гораздо больше денег, чем
зарабатывал.
Когда я сообразил, что не могу учиться в таких условиях, то перешел на
выгрузку дров с баржей. Отапливающийся дровами Петроград снабжался ими не
только по железной дороге, но и по реке. Деревянные баржи подходили прямо к
домам по многочисленным протокам-речкам, пронизывавшим весь город. Снимали
решетку набережной, прокладывали доски, и дрова катали на тачках прямо во
дворы. Тут можно было заработать в день рубля четыре и не уставать так сильно,
как на выгрузке вагонов в одиночку. Катала дрова артель, поэтому работа шла с
роздыхом и при ловком обращении с тачкой не была слишком т



Назад